Cтраница 3
Во-вторых, все буржуазные теории скрывают и даже прямо отрицают сущность государства и права как орудий политического властвования в классовом обществе. Особенно упорно буржуазные идеологи отрицают классовый характер современного империалистического государства, являющегося инструментом диктатуры монополий. Правда, некоторые из них признают, что буржуазное государство было классовым, но утверждают, что такой характер оно имело лишь примерно до первой мировой войны, провозглашения всеобщего избирательного права и принятия так называемого социального законодательства. Современное же буржуазное государство они провозглашают надклассовым, выразителем интересов всех слоев общества. [31]
Признавая государственную власть силой, обусловленной сознанием зависимости от государства, мы тем самым ищем объяснения явлений государственного властвования не в сознании властвующего, а в сознании подвластного. Основа явлений властвования не властвующая воля, которой может и не быть вовсе, а сознание подвластным своей зависимости, все равно действительной или только воображаемой. Другими словами, объяснение явлений властвования мы видим не в объективном существовании властвующей воли, а в субъективном сознании зависимости. [32]
Так как отличительной особенностью государства Нового цремени, сложившейся исторически и закрепленной общественным правосознанием, является принципиальное единство властвования, то построение государства как сочетания трех властей, недопустимо. Нельзя говорить о трех властях в государстве, ибо государственная власть едина. Речь может быть не о разделении трех властей, а о разделении государственных органов по началу обособления трех основных функций государственнрй власти. Основные доводы Монтескье в пользу такого разделения до сих пор сохраняют свою силу, как сохраняет ее и цель такого разделения, заключающаяся в обеспечении личности от произвола правителей. [33]
Так как во всех этих случаях взаимное сдерживание получается вследствие той или другой формы совместного участия в осуществлении актов властвования нескольких различных воль, то все эти случаи можно подвести под одно общее понятие совместности властвования. [34]
Государственный орган есть политическое учреждение ( организация, а также единоличный представитель государства, например президент), наделенное функциями государственного властвования. Государственный орган - организация ( например, министерство, местный орган власти) обладает определенной внутренней структурой. [35]
В необходимости отвергнуть эту гипотезу тем менее может быть сомнений, что вообще, а не только в применении к государственному властвованию, невозможно отождествлять понятия власти и воли. [36]
В последнее время ученые установили, что понятие тишайший означает не черту характера царя, а цель его правления - идеалом властвования любого монарха во все времена считались покой и тишина. [37]
Таким образом, нет основания ограничивать понятие властвования лишь теми случаями, когда и со стороны властвующего имеется воля, направленная на властвование. Подобное ограничение приводит к разъединению совершенно однородных явлений, так как отсутствие или наличность воли со стороны властвующего ни в чем не изменяет характера и условий подчинения ему подвластного. Человек, рабски преданный другому, одинаково подчиняется ему, одинаково зависит от него и тогда, когда выполняет его действительную волю, и следуя его воображаемой или ложно понятой воле [ с. Верующий одинаково подчиняется своему божеству, будет ли то истинное Божество, или только создание его воображения. Властвование обусловлено только известными представлениями подчиняющегося власти и его субъективным к ним отношением. Раз я представляю себе нечто, от чего сознаю себя зависимым, это нечто властвует надо мной, все равно имеет ли оно направленную на властвование волю и даже существует ли это нечто в действительности. [38]
Это положение подкрепляется общим рассуждением о пользе властвования и подчинения и о том, что по своей природе одни люди стремятся к властвованию, а другие - к подчинению. Рассуждая по поводу полезности этих отношений, Аристотель пишет: Нетрудно ответить на эти вопросы и путем теоретических рассуждений, и на основе фактических данных. [39]
Широко распространенной концепцией потребностей, определяющих мотивацию человека к деятельности, является концепция МакКлелланда, связанная с изучением и описанием влияния соучастия и потребности властвования. В соответствии с идеями МакКлелланда, эти потребности, если они достаточно сильно присутствуют у человека, оказывают заметное воздействие на поведение человека, заставляя его предпринимать усилия и осуществлять действия, которые должны привести к удовлетворению этих потребностей. [40]
Широко распространенной концепцией потребностей, определяющих мотивацию человека к деятельности, является концепция МакКлелланда, связанная с изучением и описанием влияния соучастия и потребности властвования. В соответствии с идеями МакКлелланда, эти потребности, если они достаточно четко проявляются у человека, оказывают заметное воздействие на его поведение, заставляя прилагать усилия и осуществлять действия, которые должны привести к удовлетворению этих потребностей. [41]
ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ ТЕОРИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО ИММУНИТЕТА - теория, в соответствии с которой в силу своего суверенитета государство пользуется иммунитетом при совершении им действий в качестве субъекта политического властвования. Если же государство вступает в имущественные и приравненные к ним правоотношения, оно тем самым молчаливо отказывается от иммунитета, ставит себя в положение частного лица и подчиняется обычному коммерческому режиму. [42]
МакКлелланд считает, что из трех рассматриваемых в его концепции потребностей ( достижение, соучастие и властвование) для успеха менеджера наибольшее значение имеет развитая потребность властвования второго типа. Поэтому исключительно важно, чтобы работа руководителя, с одной стороны, давала возможность менеджерам удовлетворять эту потребность, а с другой - способствовала развитию этой потребности. [43]
При возведении начала разделения властей к более общему началу совместности властвования, явления действительной политической жизни, не-согласимые с разделением властей, противоречащие ему, оказываются вполне объяснимыми обобщенным началом совместности властвования. [44]
Так как во всех этих случаях взаимное сдерживание получается вследствие той или другой формы совместного участия в осуществлении актов властвования нескольких различных воль, то все эти случаи можно подвести под одно общее понятие совместности властвования. [45]