Cтраница 3
Первое крупное эмпирическое социологическое исследование наркотизма на территории бывшего СССР было проведено в Грузии в 1967 - 1972 гг. под руководством А-А. Несмотря на некоторое методическое несовершенство исследования и понятные для того времени технические трудности, Наркотизм явился значительным монографическим исследованием темы. Книга включала историко-теоретический раздел, методологическую часть, изложение результатов эмпирического исследования ( данные о социально-демографическом составе и условиях жизни потребителей наркотиков, структуре потребляемых средств, возрасте приобщения к наркотикам и его мотивах), схему деятельности преступных групп по распространению наркотиков, а также программу медицинских, правовых и организационных мер борьбы с наркотизмом. [31]
При этом было замечено, что ключевые контакты редко устанавливаются целенаправленно. На поддержание контактов на разных уровнях зачастую уходит очень много времени и сил. По этой причине важно выяснить для себя, какие внутренние и внешние контакты организации являются действительно значительными с точки зрения ключевых результатов. Внутренние и внешние контакты можно отметить в схеме деятельности как отдельно, так и во взаимосвязи. В каждой группе определяются 3 - 5 наиболее важных контактов, которые действительно поддерживаются заботливо, на заранее спланированной основе. Если объектом контактов является лишь часть какой-то крупной внешней организации, этого недостаточно, индивидуализацию необходимо делать преимущественно на уровне человеческих взаимоотношений или по крайней мере так разграничивать, чтобы было ясно, о какой деятельности или должности идет речь. [32]
Разговоры о самостоятельной рабочей политической партии суть не что иное, как продукт переноса чужих задач, чужих результатов на нашу почву. Его практические задачи в настоящем мизерны, его теоретические познания, поскольку он пользуется ими не как орудием исследования, а как схемой деятельности, не имеют цены для выполнения даже этих мизерных практических задач. Кроме того, эти схемы, взятые с чужого плеча, в смысле практики являются вредными. Забыв, что на Западе рабочий класс выступил уже на расчищенное политическое поле деятельности, наши марксисты, более чем это нужно, относятся с презрением к радикально или либерально-оппозиционной деятельности всех других нерабочих слоев общества. Малейшие попытки сосредоточить внимание на общественных проявлениях либерально-политического свойства вызывают протест ортодоксальных марксистов, забывающих, что целый ряд исторических условий мешает нам быть марксистами Запада и требует от нас иного марксизма, уместного и нужного в русских условиях. Отсутствие у каждого русского гражданина политического чувства и чутья не может, очевидно, быть искуплено разговорами о политике или воззваниями к несуществующей силе. Насколько отрицание было уместно ( временно) на Западе, настолько у нас оно вредно, потому что отрицание, исходящее из чего-то организованного и имеющего фактическую силу, - одно, а отрицание, исходящее из бесформенной массы разбросанных личностей, - другое. [33]