Cтраница 2
Лавров, Петр Лаврович ( 1823 - 1900) - русский философ, социолог и публицист, один из идеологов революционного народничества. [16]
Для понимания смысла и целей жизни существенное значение имеют работы русских философов конца XIX - начала XX вв. [17]
ЧИЧЕРИН Борис Николаевич ( 26.5.182 8 - 3.2.190 4), русский философ, историк, юрист-государствовед, публицист и обществ, деятель. [18]
Достоевский, Н Толстой) Она нашла отражение и в творчестве русского философа Вл С Соловьева ( 1853 - 1900), получив от него и свое назва-ние русская идея ( под таким заголовком он прочи тал в 1888 г, в Париже доклад, который был опубли кован в России только в 1909 г) В трактовке В С Соловьева, русская идея - это идея народно-религиозная Он выдвигает ее в центр универсалистской концепции преображения русской жизни, на основе совершенствования и углубления христианского существования нации, которое во многом мыслилось им как разумное самоограничение, развитие общественной свободы, служение вселенским идеалам добра и справедливости При этом он ратовал ia единство России и Европы, за объединение всех трех разновидностей христианства - католичества, православия и протестантизма, критикуя общепринятое российское отождествление христианства лишь с православной религией. [19]
Бердяев Николай Александрович ( 1874 - 1948) - один ил крупнейших русских философов XX столетия. В 1922 г. вместе с группой писателей, ученых и общественных деятелей был выслан из СССР. [20]
Сущность этой эпохи характеризуется весьма эмоционально, в стиле, типичном для русских философов и социологов начала XX века: Индивидуализм, атомизация общества, безудержная похоть жизни, неограниченный рост народонаселения и неограниченный рост потребностей, упадок веры, ослабление духовной жизни - все это привело к созданию индустриально-капиталистической системы, которая изменила весь характер человеческой жизни, весь стиль ее, оторвав жизнь человеческую от ритма природы [ С. [21]
СТЕПУН, Федор Августович ( 19 февраля 1884 - 27 февраля 1965) - русский философ, близкий философии жизни, находившийся также под влиянием В. Соловьева; историк и социолог культуры, литератор. [22]
Опора в воспитании на народность, на особенности национального характера, отечественную культуру и традиционный быт, являющийся для российских учеников воспитательной средой, характерна для педагогических воззрений ряда русских философов того времени, таких, как B.C. Соловьев, E. [23]
Русский философ Д. М. Всл-ланский, Русская старима, 1901, № 1; Л у и к е в и ч, От Гераклита до Дарвина. [24]
С другой стороны, поскольку правосознание есть и одна из духовных форм цивилизованности, борющиеся общественные силы должны искать правовой консенсус, если они не хотят ввергнуть страну в бездну тоталитаризма. Видный русский философ XX века И.А.Ильин писал: Само собой разумеется, что всюду и всегда могут встречаться нецелесообразные или несправедливые законы, такие, которые были неудачны с самого начала, или такие, которые с течением времени утратили свою жизненную полезность, но закон не отменен, он должен применяться и соблюдаться, по римской формуле - суров закон, но он закон; это есть единственное средство поддерживать правопорядок в стране, укреплять его и не отдавать его в жертву произволу, мирской корысти и случайности. [25]
Большой, если не сказать наиболее значимый вклад в данный вопрос внесли наши отечественные философы в силу того, что им присущ в значительной степени, ставший традиционным интерес к взаимоотношениям человека как с его социальной, так и с природной средой. Так, великий русский философ Н.А.Бердяев особо отмечал: все социальные перемены в судьбе человечества непременно связаны с отношением человека к природе, отсюда кроме прочего следует необходимость исследовать генезис экологической культуры на общечеловеческом уровне. [26]
Обязательной санкцией морали, кроме общественного мнения, делалась боязнь нравственного воздаяния, и человек в своем нравственном поведении легко руководился психологически теми же полицейскими правилами - то нельзя, а это можно. Один из русских философов правильно называет эти моральные представления нравственной полицией, потому что сила нравственных законов покоилась на принудительной и унизительной силе страха перед нравственной карой и муками совести. Возникла особая мораль сильных и слабых, и как в отношении внешнего закона, так и законов совести слабые подчинялись им, сильные восставали и нарушали их. Европейская философия в бунте против буржуазной морали провозглашала имморализм своим основным законом, а себя объявила устами Ницше по ту сторону добра и зла. [27]
Все богатство наследия русской эмиграции XX века стало открываться российскому читателю недавно, в течение последнего десятилетия. Поток неизвестных ранее имен русских философов, писателей, художников, музыкантов буквально захлестнул отечественную прессу. К нам стали возвращаться книги, самые сокровенные мысли которых были посвящены России и рождены вне нее. [28]
Нередко в качестве субъекта исторического процесса называется человечество. Такую точку зрения отстаивал, в частности, русский философ Владимир Сергеевич Соловьев, один из немногих мыслителей, четко поставивших вопрос о субъекте истории. [29]
Это написано, заметим, в начале XX столетия. Спустя примерно четверть века, в 1928 году русский философ И. А. Ильин опубликует в Берлине, в эмигрантском журнале Русский колокол, статью под названием Яд партийности. Размышляя над партийностью, И. А. Ильин отмечает, в частности, следующее. Деление на партии неизбежно, ибо всюду, где люди думают, обнаруживается и разногласие, и единомыслие; а объединение единомышленников дает им умственную уверенность и увеличивает их силы в борьбе. Но дух политической партийности, подчеркивает И. А. Ильин, всегда ядовит и разлагающ. Сущность его состоит в том, что люди из честолюбия посягают на власть; ставят часть выше целого; создают атмосферу разлагающей нетерпимости; обращаются в борьбе к самым дурным средствам; становятся зловредными демагогами; превращают партийную программу в критерий добра и зла. Этим духом заражаются одинаково - как левые партии, так и правые. Партийный дух создает своего рода массовый психоз в пределах самой партии. Человек, одержимый этим психозом, начинает верить в то, что только его партия владеет истиной, и притом всею истиною и по всем вопросам. Воззрения делаются плоскими, скудными, трафаретными; люди живут в партийных шорах и видят только то, что предусмотрено в партийных брошюрах. Партийные честолюбцы обращаются ко всем средствам и не останавливаются даже перед самыми низкими. Они лгут в доказательствах и спорах; заведомо обманывают избирателей; клевещут на конкурентов и противников. Одни продают свои голоса, другие их покупают - то за деньги, то за почести, то раздавая места, то устраивая прибыльные дела. Одни борются сплетней, инсинуацией и интригой; другие, будучи депутатами, берут деньги у правительства; третьи организуют партийные заговоры и перевороты; четвертые прибегают к ограблению ( экспроприации) и политическим убийствам. Люди начинают думать, что цель оправдывает средства; воцаряются деморализация и авантюризм; облик политического лидера приобретает черты профессионального лжесвидетеля и взяточника. Итак, дух партийности, по словам И. А. Ильина, расшатывает у людей совесть и честь, и незаметно ведет их на путь продажности и уголовщины. Дух партийности, считает он, извращает все миросозерцание человека ( Ильин И. А. Яд партийности / / Русский колокол. [30]