Cтраница 3
Благодаря этому культура как таковая стала предметом исследований. Именно в XIX веке возникли философия культуры и культурная антропология как систематические науки. [31]
ГЕРДЕР ( Herder) Иоганн Готфрид ( 1744 - 1803), нем. В сочинениях по эстетике и философии культуры утверждал ист. [32]
Осмыслением культуры занимается и философия. Существует даже ее особое направление - философия культуры, предметом которой является культура как некая целостность. Отвлекаясь от всевозможных деталей и частностей, философия ставит вопрос о том, что такое культура, каково ее место в жизни человека и общества. [33]
Недавно я был на защите докторской диссертации. Соискателя спросили, чем отличается культурология от философии культуры. Тот ответил: культурфилософия занимается универсальными, метафизическими проблемами, а культурология изучает конкретные феномены. Члены совета, профессиональные культурологи, сразу почувствовали: их репутация как философов поставлена под сомнение. Вот оно что: оказывается, при изучении культурных процессов мы слишком мелко плаваем. [34]
Для нас принципиально важно в духе собственно культурного анализа осветить специфичность отечественного стиля социологического теоретизирования и попытаться обозначить проблему зарождающейся сегодня концептуально новой российской социологии культуры. Это комплексная проблема зависимости социологии культуры от теории и философии культуры, от цивилизационной ломки мировых культурных практик и, более специфично, от процесса интеллектуального самопознания российской культуры последней четверти века. [35]
Кроме динамической концепции психики и создания эффективных методов лечения неврозов психоанализ сформировал немало концепций и оригинальных гипотез, связанных с проблемами философской антропологии, философии культуры, философии жизни, сделал далеко выходящие за рамки врачебной деятельности выводы, которые вызывали множество споров, не прекратившихся и до настоящего времени. [36]
Тенденция коммуникации ( общения) как примата внутри философского диалога действительно выступает важнейшим признаком современной ( и не только западной) философии. Гадамер говорит о необходимости вести философский диалог, Ю. М. Лотман и некоторые другие развивают в нашей стране идею диалога культур, которая стала сегодня методическим принципом философии культуры. Эта тенденция во многом характерна и для вышеизложенных концепций, точнее говоря, является определенным преодолением упрощенного сциентизма и анти сциентизма. [37]
Причем такое различение и разграничение особенно важно иметь в виду именно при анализе истории теоретической социологии. Ибо она, кроме всего прочего, представляет собой сложный процесс как дивергенции, так и конвергенции ее и с социальной философией, с одной стороны, и с философией культуры - с другой. [38]
Задачи, которые ставил Милль перед социальной экономией ( она же - умозрительная политика или естественная история общества) в известном очерке Об определении политической экономии и о свойственном ей методе исследования ( 1836), по сути намечали программу будущего эволюционизма в социологии, позже частично реализованную Спенсером. Здесь и генетическое изучение черт человеческой природы, которые делают возможной совместную жизнь в общественном состоянии; и изучение разновидностей межличностных отношений в зависимости от характера общественного союза и состояния общества; и нахождение естественного исторического порядка, в каком состояния общества сменяют друг друга, соответственно изменяя типичные для эпохи характер и поведение человека; и т.п. Между прочим, Милль высоко ценил теоретических предшественником Дюркгейма, философов реакционной школы ( немецких и английских консервативных романтиков, французских традиционалистов) за их вклад в философию культуры; за внимание к таким условиям общественного согласия, как характер или дух народа, в конечном счете стоящий и за преобладанием материальных интересов у отдельных наций; признание чего-то священного для всех, неподвластного рациональной философии; воспитание в людях дисциплины подчинения и долга как необходимого дополнения к утилитарным экономическим взаиморасчетам наибольшего количества счастья, наибольшей выгоды и проч. [39]
Так рождается теоретическая потребность обнаружить некое единство культурного процесса, инварианты социоди-намических моделей, архетипные ситуации, закономерности повторения и преображения постоянных компонентов культуры. С помощью философского умозрения осваивается разноликий человеческий опыт, возможности приобщения индивида к культурному космосу. Философия культуры пытается проникнуть в самые неожиданные и вечно возобновляемые парадоксы человеческого бытия. [40]
Термин был введен н начале XIX в. Философию культуры следует отличать и от философии истории, ибо процесс культурного творчества человечества в своих ритмах не совпадает в точности с фазами исторической эволюции, н от социологии культуры, которая рассматривает культуру с точки зрения ее функционирования в данной системе общественных отношений, взаимодействия между собственно культурным и социальным аспектами таких систем. [41]
Изобилие историософских концепций, различного рода сценариев и культурных матриц, предвещающих появление новых цивилизаций, одушевлено идеей поливариантности социального развития. Многие проницательные философы культуры подчеркивали, что распад историзма связан вовсе не с крахом его оснований, а с отторжением изживших себя трафаретов. В философии культуры устраняется не идея протяженности истории во времени, связанности и предвидимости ее событий, а преодолевается упрощенный историзм. Возрастает интерес к попыткам постичь направленность всемирной истории, ее истоки и смысл, возникает потребность в более углубленном осознании исторического опыта тысячелетий. [42]
Более того, в его теориях бессознательное, являвшееся у Фрейда хотя и значительной, но ограниченной сферой, превратилось в нечто всеобъемлющее. Юнга в мифологически окрашенную философию культуры, он утверждал, что если удастся установить различие между объективным знанием и эмоциональными оценками, тем самым будет переброшен мост над пропастью, разделяющей античность и современность, выяснится, что Эдип еще отнюдь не умер. Простейшие человеческие конфликты, по Юнгу, остаются неизменными во времени и в пространстве, хотя людям удалось забыть о неразрывных узах, связывающих их с людьми античной эпохи. [43]
Парадокс, сопряженный с техникой, можно выразить примерно так: без техники невозможна культура, ибо с ней связано само возникновение культуры. С другой стороны, окончательяая победа техники в культуре, вступление в техническую эпоху влечет культуру к гибели. Именно поэтому жажда возврата прошлого, тяга к восстановлению естественности так ощутимы в философии культуры. [44]
Тем самым Кант считает, что превратил проблему теодицеи из метафизической в чисто этическую и критически решил ее на основе этого превращения. Однако таким образом рассеиваются не все сомнения, которые может вызвать ценность культуры. Новая цель, которая ставится перед культурой, как выяснилось в ходе становления философии культуры, влечет за собой другое, более глубокое противоречие. [45]