Cтраница 1
Царевич дал теоретическое объяснение многим явлениям, наблюдавшимся в процессе разработки пластов с режимом растворенного газа; свои дальнейшие исследования авторы проводят во ВНИИ. [1]
Царевич, оставив в Петербурге беременную супругу, уехал в Германию, лечился в Карлсбаде, занимался там чтением церковной истории Барония и делал из ней выписки, любопытные потому, что показывают, какие вопросы занимали этого человека. Все это касалось обрядов, церковной дисциплины, спорных пунктов между восточной и западной церковью; при этом царевич делал собственные замечания в пользу восточной церкви, и особенно останавливался на чудесах: одним чудесам оказывал он совершенное доверие, некоторые, исключительно римско-католического изобретения, отвергал, а о некоторых отзывался с наивным сожалением, склоняясь, однако, более к признанию их исторической справедливости, чем к отрицанию ( напр. [2]
Царевич отрекался от наследия, указывая на то, что у него слава Богу брат есть, царевич Петр, которому дай Боже здравие, призывал в свидетели Бога на душу свою в том, что не претендует и претендовать не будет на корону. [3]
Царевич отписал царю, коротко выразивши свое решение в таких словах; Желаю монашсскаго чина и прошу о сем милостива. [4]
Царевич взял у Меншикова тысячу червонных, а другую тысячу от сената. [5]
Царевич приехал в Либаву, отыскал К икина. [6]
Царевич сообщил Кикину, что когда он прощался с сенаторами, то князь Василий был особенно к нему ласков, а Ментиков присоветовал ему взять с собою Евфросинью. [7]
Царевич сделал так, как советовал Кикин, и отправился в Вену, приняв вымышленное имя польского подполковника Ко ханского. [8]
Царевич волею-неволею должен был подчиниться такому решению. [9]
Царевич проехал Вену и не явился к императору: это обстоятельство подало императору подозрение, что царевича везут поневоле, что, быть может, он раскаялся в данном согласии и желает остаться под покровительством императора. [10]
Царевич, явившись с поздравлением к мачехе, валялся в ногах у нее и умолял ходатайствовать пред царем о дозволении жениться на Евфросинье. Это делалось вслед за тем, когда осуждена была на увеличенные тяжкие страдания его родная мать, опозоренная публичным извещением о ее связи с Глебовым. [11]
Царевич гнил в земле, а дело его еще продолжалось. Яков Игнатьев, дядя его Ав-рам Лопухин, камердинер его Иван Большой Афанасьев, Дубровский и Воронов. [12]
Царевич был причислен к лику святых. [13]
Царевич HI другой день объявил Толстому и Румянцеву, что едет в отечество с двумя конциниями: во-первых, если ему нозво. [14]
Самозваный царевич избегал называть какие бы то ни было точные факты и имена, которые могли быть опровергнуты в результате проверки. [15]