Cтраница 1
Царь Золотая Грива был очень голоден, и когда он увидел кролика, то заревел: Почему ты так опоздал. [1]
Царь нахмурился - он не привык, чтобы повеления его исполнялись так медлительно. [2]
Царь Гиерон поручил ему проверить честность мастера, изготовившего золотую корону. Хотя корона весила столько, сколько было отпущено на нее золота, царь заподозрил, что она изготовлена из сплава золота с другими, более дешевыми металлами. Архимеду было поручено узнать, не ломая короны, есть ли в ней примесь. [3]
Царь Давид всемерно заботится о восстановлении правильного поклонения Богу, но когда он захотел построить храм ( я живу в доме кедровом, а ковчег Божий находится под навесом), то через пророка Нафана Бог отказал ему в этом ( 2 Сам. Господне и сказано: крови много ты пролил и войны большие производил; ты не должен строить дом имени Моему, потому что крови много пролил ты на землю пред лицеи Моим. [4]
Царь страшен не для дел благих, а для зла. [5]
Царь может делать все, что захочет, и никто не должен судить его поступков; эту основную мысль письма Иван Васильевич подкрепляет множеством мест и примеров из священного Писании, святых отцов, византийской истории. Способ этого подкрепления таков, ч го не только не оправдывас 1 взглядов тех ученых мужей, которые признают Ивана одним из лучших писателей своего времени, а, напротив, свидетельствует о его ограниченности, тупоумии и невежестве. [6]
Царь, у которого неограниченность власти была пунктом мышленного вращения, сам не замечает и не понимает, как он своими письмами унижал себя, как становился и страшен, и жалок, и мерзок, и смешон. В ответ на второе письмо Курбский заявил ему полное презрение. Что ты, - пишет царю изгнанник, - исповедуешь предо мною грехи свои, как перед священником; я простой человек, воин. Оно было бы чему порадоваться, не только мне, бывшему твоему рабу, но всем царям и народам христианским, еслибы твое покаяние было истинное; но в твоей эпистолии выказывается несовместимая с этим неблагочинная походка внут-рянняго человека, хромающаго на оба бедра, изумительно и странно, особенно в землях твоих сопостаюв, потому что здесь много людей, сведущих не только во внешней философии, но и в священном писании, а ты - то черезчур уничижаешься, то выше всякой меры превозносишься. Намекая на разорение Москвы татарами, Курбский выражается в таком презрительном тоне: Собравшись со всем твоим воинством, как хороняка и бегун, ты трепещешь и исчезаешь, когда тебя никто не гонит. В довершение презрения, Курбский запрещает Ивану писать к себе: Не пиши, прошу тебя, к чужим слугам, где умеют отвечать тебе так, что сбудется на тебе сказанное одним мудрецом: говорить хочешь, за то услышишь го, чего не хочешь. [7]
Царь, накладывающий его надлежащим образом, процветает посредством этих трех, [ но ] чувственный, непостоянный и порочный Наказанием же губится. [8]
Царь, наказывающий не заслуживающих этого, а заслуживающих этого не наказывающий, принимает на себя великое бесчестье и идет в ад. [9]
Царь прибыл в столицу 25 августа, а на другой день, 26-го, в Преображенском селе начал делать то, что так возмущало стрельцов; Петр начал собственноручно обрезывать бороды боярам и приказал им одеться в европейское платье, как будто желая сразу нанести решительный удар русской старине, подвигнувшей на бунт стрельцов. [10]
Царь опубликовал о смерти царевича, что он, выслушавши смертный приговор, пришел в ужас заболел болезнью вроде апоплексии, исповедовался, причастился, потребовал к себе отца, просил у него прощения и так скончался по-христиански около 6 часов пополудни 26 июня. Этому описанию кончины царевича не все поверили; пошли слухи иного рода: что царевич умер насильственною смертью, но какою - говорили разно. [11]
Царь никогда не любил своей невесты, княжны Меншиковой, и обручился с ней только для того, чтоб исполнить завещание Екатерины; притом он сделал это но слабости характера, свойственной детским летам, не зная, как отвязаться от настояний Меншикова, представившего ему со вступлением на престол брак с княжною как обязанность. Долгоруковы, отец и сын, подметивши холодность Петра к немеете, старались всеми силами восстановить его против Меншикова, родителя немилой ему невесты. Царь, кроме того, очень дружен был со своею сестрою: и та не любила Меншикова, и та настраивала брата против временщика. Наконец, что было всего важнее в этом случае, царь возымел привязанность к своей тетке 1: лисавете, переходившую за предел ы родственного благорашоложе-ния, и тут-го, естественно, ему делалась смертельно противною мысль о принудительном браке с какою-нибудь другою осо-оою, кроме той, какая была ему но сердцу. [12]
Царь личным приказом распоряжается об ускорении подготовки крестьянской реформы Следующие два года отмечены напряженной работой над замыслами и контурами преобразований. Редакционные комиссии в Петербурге завершают проект аграрной реформы, Главный комитет по крестьянскому делу, а затем Государственный совет обсуждают его; в авангарде гласности идут журналы Современник, Русское слово, Отечественные записки; прогрессивная профессура Петербургского университета выдвигает основные принципы университетской автономии; вводится должность судебных следователей; упраздняется Департамент военных поселений, начинается разработка военной реформы. [13]
Царь издает законы, назначает чиновников, собирает и расходует народные деньги без всякого участия народа в законодательстве и в контроле за управлением. [14]
Царь начинает по-старому - пока еще по-старому: божиею милостью... Царь чувствует уже сам, что безвозвратно проходят те времена, когда могло держаться на Руси правительство божиею милостию, что единственным прочным правительством в России может быть отныне правительство волею народа. [15]