Cтраница 3
Идеальные цели и стремления людей впервые в философии марксизма были поставлены в связь с задачей практич. [31]
Религия, мистицизируя это представление, выдает свой И. Моисея, нагорной проповеди Христа, учении Будды о восьмеричном благородном пути спасения), общи для христианства, ислама, буддизма и ряда др. вероисповеданий. Как идеальную цель жизни, средством для достижения к-роп как раз и предназначена быть праведность, религия изображает блаженство, или, что то же, царство небесное, нирвану. Марксизм развенчивает легенду об абсолютной и тем болев о мистич. [32]
Процесс удовлетворения любой возникшей потребности всегда начинается с построения модели этой потребности, которая называется идеальной целью или просто целью. Определение идеальная в приложении к цели употребляется в двух смыслах. В первом идеальная цель предстваляет собой модель, которая полностью соответствует возникшей потребности. Она отличается от реально достижимой цели, определяемой не только потребностями, но и ресурсными возможностями. Во втором смысле идеальными называют первоначально поставленные цели, выполнение которых обеспечено ресурсами, чтобы отличить их от фактически достигнутых. [33]
После приведенного общего обзора содержания Начал займемся, согласно нашему первоначальному намерению, более близким рассмотрением тех глав Евклида, которые трактуют об основаниях геометрии. Совершенно очевидно, что идеальной целью, манившей Евклида, был свободный от пробелов чисто логический вывод всех геометрических теорем из наперед указываемых посылок. В создании ( либо в передаче) этого идеала заключается, без сомнения, ядро исторического значения Начал. Но в действительности Евклиду никоим образом не удалось достигнуть этой высокой цели, и как раз в исследованиях, относящихся к основаниям геометрии, современная наука достигла существенно более глубокого понимания и вскрыла неясности, имевшиеся у Евклида. [34]
Платона вполне логично подчинение гуманитарных предметов ( под именем музыки) математике и физике, а также логике и метафизике. Но в то же время знание природы не самоцель, а необходимый этап на пути разума к осознанию высшей цели существования, которая определяет законы человеческих действий, общих и индивидуальных. Если использовать современную терминологию, естественнонаучные предметы обязательны, но изучаются во имя гуманистических и идеальных целей. [35]
В заключение анализа психологической социологии следует отметить, что психологическое направление было шагом вперед как в логико-методологическом плане, связанном с пониманием и исследованием феномена социальная реальность, так и в построении теоретической концепции общественного развития. Так, в отличие от биологизаторских тенденций органической школы, представители психологического направления видели в усложнении форм общественной жизни результат развития сознательного начала, направленной эволюции, то есть разумного управления социальными процессами. Высшая, собственно человеческая, ступень эволюции характеризовалась не действием слепых сил и природы, а проявлением идеальной цели. Более того, будущее человечества связывается с преодолением индивидуального целеполагания, с его переходом к коллективному телезису, носителем которого выступает государство, обеспечивающее сознательную кооперацию индивидов. [36]
Совершенство как цель и стандарт развития находится где-то очень далеко, оно настолько выше наших возможностей, что, строго говоря, недостижимо. Следовательно, чтобы руководствоваться такой целью в повседневной практике, ее надо чем-то заменить, иначе придется рассматривать любое и всякое проявление ребенка как раскрытие природных дарований и, стало быть, нечто священное. Пока не установлен определенный критерий, по которому можно судить, является ли данное отношение или действие приближением к идеальной цели или удалением от нее, единственная альтернатива состоит в устранении любых влияний среды во избежание их вмешательства в развитие. [37]
Оно действует в нас и до сих пор. Любовная идеализация, переставши быть источником подвигов безумных, не вдохновляет ни никаким. Она оказывается только приманкой, заставляющей нас желать физического и житейского обладания, и исчезает, как - только - а совсем не идеальная цель достигнута. Свет любви ни для кого не служит дуте § 6дным лучом к потерянному раю; на него смотрят как на фантастическое освещение краткого любовного пролога на небе, которое затем природа весьма своевременно гасит как совершенно ненужное для последующего земного представления. На самом деле этот свет гасит слабость и бессознательность нашей любви, извращающей истинный порядок дела. [38]
Но если народ должен бороться из-за квадратной мили, не задаваясь вопросом об ее ценности, почему не делать этого и крестьянину из-за клочка земли. Но подобно тому, как народ борется не за квадратную милю, а за самого себя, за свою честь и независимость, точно так же и в процессах, где истец хлопочет о том, чтобы оградить себя от наглого попрания своего права, дело идет не о ничтожном спорном объекте, а об идеальной цели - об утверждении самой личности и ее правового чувства. Наряду с такой целью в глазах правомочного субъекта теряют всякий дальнейший смысл соображения о всяких жертвах и неприятностях, сопряженных с процессом: цель вознаграждает средство. [39]
Непосредственно НТР предшествует период, когда естественнонаучная деятельность все больше начинает носить научно-инженерный характер, а инженерная - инженерно-научный. Естественнонаучное познание расширяет свой предмет. В него начинают включаться задачи, продиктованные технической практикой. Расхождения между идеальными целями и результатами инженерной деятельности, чаще всего порожденные несовершенством наших представлений о естественнонаучной картине мира, все больше привлекают внимание исследователей-естественников. [40]
Стремление обеспечить естественное развитие выдвигает на передний план заботу о теле и необходимости здоровья и силы. Ставя эту цель, он как бы говорит родителям и педагогам: Не может быть нормального развития без заботы о бодрости тела, - факт достаточно очевидный, и все же его действительное признание почти неминуемо революционизировало бы наши педагогические методы. Природа, конечно, термин приблизительный и метафорический, но если она и учит чему, так это необходимости выявлять эффективные педагогические условия и учиться согласовывать с ними нашу деятельность. Без этого самые благородные и идеальные цели обречены на неудачу, они останутся страстными призывами, лишенными действенной силы. [41]
Каждое наблюдение производится для изучения некоторой причинно-следственной связи, изучаемый фактор при этом всегда включается в число основных факторов испытания. Кроме того, как уже говорилось выше, на результат наблюдения оказывают влияние и многочисленные примесные факторы. Если такие факторы включены в число основных, то их действие учитывается и, следовательно, не искажает результат наблюдения. Отыскание истинного результата и есть идеальная цель каждого исследования. [42]
Аналогична учению о красоте взгляды омы Лквинского на искусство. Сн присоединяется к традиционному суждению о том, что искусство есть подражание природе. По его мнению, искусство представляет собой яе познание, а деятельность. Теоретический процесс в искусстве подобен творчеству природы, которая материализует идеальные цели. Уотя главной целью искусства Фома Ливийский считает диалектические поучения, - он в то же время делает существенный шаг, обращая внимание на способность искусства приносить насла: хцение. [43]
Абсолютная бедность ликвидируется по преимуществу развитием производства, наращиванием валового продукта, того общественного пирога, величина которого, в конечном счете, определяет уровень потребления. В противостоянии абсолютной бедности вмешательство в разделение этого пирога играет второстепенную роль - оно нужно лишь для того, чтобы предотвратить крайние формы социальной обделен-ности. Применительно же к относительной бедности дело обстоит иначе. Здесь как раз большее значение имеет раздел общественного пирога, создание механизмов, предотвращающих чрезмерное неравенство. Соответственно идеальная цель борьбы с абсолютной бедностью - ее абсолютное преодоление: в здоровом обществе не должно быть людей, не имеющих прожиточного минимума. [44]
Это возможно, так как мы большею частью должны устранить следствия прежних ступеней развития Я больного. В свое время индивидуум был в состоянии устранить неугодный компонент сексуального чувства только вытеснением, так как сам он тогда был слаб и его организация недостаточно сложилась; при настоящей же зрелости и силе он в состоянии совершенно овладеть вредным инстинктом. Вторым исходом психоаналитической работы может быть то, что бессознательные инстинкты направляются на другие цели. Эти цели были бы найдены самим индивидуумом, если бы он развивался без препятствий. Простое устранение инфантильных желаний не представляет собою идеальной цели психоанализа. Невротик вследствие своих вытеснений лишен многих источников душевной энергии, которая была бы весьма полезна для образования его характера и для жизни. Мы знаем более целесообразный процесс развития, так называемую сублимацию, благодаря которой энергия инфантильных желаний не устраняется, а применяется для других высших, иногда несексуальных целей. Как раз компоненты сексуального чувства отличаются способностью сублимации, т.е. замены своей сексуальной цели другою, более отдаленною и более ценною в социальном отношении. Этим прибавкам энергии со стороны сексуального чувства к нашей душевной деятельности мы обязаны, по всей вероятности, нашими высшими культурными успехами. Рано появившееся вытеснение исключает возможность сублимации вытесненного инстинкта; с прекращением вытеснения путь к сублимации опять становится свободным. [45]