Cтраница 1
Всеединство выступает как предельный результат воплощения соборности: речь идет о множестве, элементы которого взаимопроникают и в то же время вза-имораздельны. [1]
Идея всеединства в метафизике истории Карсавина раскрывается в концепции становления человечества как развития единого всечеловеческого субъекта. Человечество и тварный мир в целом представляют несовершенную иерархическую систему. Тем не менее это именно единая система, динамику которой, ее стремление вернуться к божественной полноте, к обожению определяет принцип триединства. Внутри человечества - субъекта действуют ( индивидуализируются) субъекты низших порядков: культуры, народы, социальные слои и группы и, наконец, конкретные индивиды. Все эти всеединые объединения Карсавин именует симфоническими ( коллективными) личностями. Все они несовершенны в своем единстве ( стяженное единство), но в то же время органический иерархизм разнообразных исторических сообществ содержит в себе истину и указывает на возможность единства ( симфонии) несоизмеримо более высокого порядка. Путь же единства механического, лишенного исторической органики и метаисторической цельности, связанный с неизбежной атомизацией индивида в рамках индивидуалистической идеологии, либо его обезличивания под давлением идеологий тоталитарного типа неизбежно, согласно Карсавину, оказывается путем тупиковым. [2]
Смысл всеединства на рынке распространяется даже и на восприятие времени. Вместо восприятия последовательности различных мгновений и движений, происходящих в границах этих кратких моментов времени, трейдер в этом состоянии ощущает все как единое целое, являющееся органической частью вечного, непрекращающегося движения / мгновения. Время больше не течет и не проходит. [3]
Источники метафизики всеединства Карсавина весьма обширны. Своеобразие метафизики философа в значительной мере связано с развитыми им принципами методологии исторического исследования. Карсавин-историк решал задачи реконструкции иерархического мира средневековой культуры, обращая особое внимание на внутреннее единство ( прежде всего социально-психологическое) различных ее сфер. [4]
В об-ве идея всеединства раскрывает себя как добровольный духовный союз лиц ( свободная теократия), или церковь, определяющая безусловные цели об-ва - устроение на земле царства божьего, где будут разрешены все социальные противоречия. [5]
В об-ве идея всеединства раскрывает себя как добровольный духовный союз лиц ( свободная теократия), или вселенская церковь, объединяющая все национальности и определяющая безусловные цели человечества - устроение на земле царства божьего, где будут разрешены социальные противоречия. [6]
В об-ве идея всеединства раскрывает себя как богочеловеческий союз лиц ( свободная теократия), или вселенская церковь, объединяющая все национальности и определяющая безусловные цели человечества - устроение на земле царства божьего, где будут разрешены социальные противоречия. [7]
В об-ве идея всеединства раскрывает себя как добровольный духовный союз лиц ( свободная теократия), или церковь, определяющая безусловные цели об-ва - устроение на земле царства божьего, где будут разрешены все социальные противоречия. [8]
Действительным же в онтологии всеединства признается не то или другое бытие, не тот или другой предмет сам по себе... В идее субъекта бытия ( абсолютно сущего), не сводимого ни к каким формам бытия, Соловьев видел принципиальное отличие собственной положительной диалектики от диалектической традиции европейского рационализма, а также то, что отличает ее от любых типов пантеизма: Бог как абсолютный субъект бытия, являясь творцом и вседержителем мира, нераздельно связан с собственным творением, но никогда полностью не совпадает и не сливается с ним. Если в онтологии Соловьева различаются три вида бытия: явления, мир идей, абсолютное бытие, то в его гносеологии выделяются соответственно три основных вида познания: опытное, разумное и мистическое. Онтологизм философии Соловьева проявляется при определении им основной задачи познания, которая заключается в перемещении центра человеческого бытия из его природы в абсолютный трансцендентный мир, то есть внутреннее соединение с истинно сущим. [9]
Мир и человек мыслятся как становящееся всеединство, в котором осуществляется согласование единого и многого. [10]
Третий транс в актуальную бесконечность всеединств - во всеединство всеединств, представляющее собой вселенную, в которую вместились все мыслимые всеединства. Но когда мы говорим вселенная, то предполагаем что-то постоянное ( по Кантору), но тогда можно выйти за его границы. Значит, что-то в реальности осталось не охваченным вселенной, значит нужен еще один транс в это куда, зачем, он и переводит нас в Абсолют. [11]
Одной из центральных проблем метафизики всеединства С. Н. Булгакова является учение о софийности мира. Учением о Софии решается философский и богословский вопрос об отношении творца к своему творению, объясняется и оправдывается неадекватность сотворенного мира представлению о сущности божества. Понятие Софии у С. Н. Булгакова означает и идеальную основу мира, и небесный прообраз сотворенного человечества, это и душа мира, и его объединяющая сила, и вечная женственность в Боге, и премудрость Божия. [12]
Общественное единение - начальная ступень чаемого всеединства, и, как кажется Соловьеву, у русского общества нет выбора: Земная природа отказывается кормить человечество. Вот общая опасность, которая должна соединить и верующих и неверующих. [13]
Таким образом, в основе общества лежит некое мистическое, сверхприродное всеединство. Ядро и как бы животворный зародыш общества, его внутренняя живая энтелехия, есть соборное единство внутренней духовной жизни, жизни в Боге. Общество со всей громоздкостью, механичностью и внешней тяжеловесностью его строения и функционирования творится и проводится в движение скрытой силой некоего первичного духовного организма, лежащего в его основе. [14]
Основу философии Соловьева составили разработанные им понятия Всеединства, Добра и его воплощений, богочеловечества, Софии. Онтологические, этические, социологические и историко-философские взгляды Соловьева нашли наиболее полное свое выражение в труде Оправдание Добра. Должное содержание или смысл человеческой жизни он видит в осуществлении человеком, обществом и человечеством в целом идеи Добра. При этом Добро трактуется онтологически, как некая высшая сущность, получающая воплощение в различных формах - в индивидуальном бытии человека, в религии и церкви, в истории человечества. Добро обладает следующими свойствами: 1) чистотой, или самозаконностью ( автономией), ибо оно ничем внешним не обусловлено; 2) полнотой, или всеединством, поскольку оно все собою обусловливает; 3) силой, или действенностью, поскольку оно через все осуществляется. Оно проявляется прежде всего в чувствах стыда, жалости ( сострадания) и благоговения. Эти первичные данные составляют незыблемые основы нравственной жизни человечества. Все так называемые добродетели могут быть показаны как видоизменения этих трех основ или как результат взаимодействия между ними и умственной стороной человека. Благодаря наличию этих первичных данных нравственности люди способны видеть различие между добром и злом, вырабатывать и воспринимать моральные нормы, формулировать учение о нравственности. Соловьев подчеркивает, что именно человек в своем разуме и совести ( а не во всех своих поступках и жизнепроявлениях) есть безусловная форма для Добра как безусловного содержания. Эти образования есть исторические образы Добра, и человек должен участвовать в их жизни и соответствовать их требованиям лишь в той мере, в какой эта жизнь и эти требования являются воплощениями Добра. Соловьев не принимает противопоставления личности и общества, критикуя как гипнотиков индивидуализма, утверждающих самодостаточность отдельной личности, так и гипнотиков коллективизма, которые видят в жизни человека только общественные массы. Человек для него - существо лично-общественное. Соловьев различает три основные формы организации человеческого общества: 1) родовая форма; 2) национально-государственный строй; 3) всемирное общение жизни. [15]