Cтраница 1
Гэлбрейт дает извращенную трактовку понятия рабочий класс, относя к нему только людей физического труда. Между тем в условиях научно-технической революции повышается удельный вес умственного труда в производственной деятельности рабочих. Наряду с ростом числа квалифицированных рабочих увеличивается число работающих по найму, занимающихся преимущественно умственным трудом. [1]
Гэлбрейт считает, что реальной властью в руководстве корпорациями обладают уже не собственники капитала, а техноструктура, состоящая из инженеров, ученых и администраторов. Техноструктура, как стремится представить ее Гэлбрейт, отказалась от принципа максимальной прибыли и действует в интересах всего общества. В реальной действительности интеллигенция вовсе не представляет собой единого целого. За техно-структурой у Гэлбрейта фактически скрывается финансовая олигархия - она и является той силой, элитой, которая господствует в экономике и политике современного капитализма. [2]
Гэлбрейт уверен: беда России в том, что ее руководители окружили себя плохими советниками. Россия внимала западным экономистам, которые думали внедрить либерализм там, где не было капитализма - говорит гарвардский профессор. [3]
Гэлбрейт дает извращенную трактовку понятия рабочий класс, относя к нему только людей физического труда. Между тем в условиях научно-технической революции повышается удельный вес умственного труда в производственной деятельности рабочих. Наряду с ростом числа квалифицированных рабочих увеличивается число работающих по найму, занимающихся преимущественно умственным трудом. [4]
Гэлбрейт делит цел и техноструктуры на две группы: защитные-цел и, пре следующие прежде всего самосохранение техноструктуры, и положитель ные - преследующие упрочение и расширение власти. [5]
Гэлбрейт приходит к выводу, что планирование - объективная потреб ность современной промышленности. [6]
Гэлбрейт далее отмечает, что, верно оценив определяющую роль техно - Структуры в системе корпораций, он недооценил тенденций к ее деградации, склеротической бюрократизации и снижению эффективности. [7]
Гэлбрейт так же резко меняет и концепцию государства. [8]
Гэлбрейт, отмечали, что рыночной экономике свойственно явление недопроизводства общественных благ и рост личного потребления. По мнению и Веблена, и Гэлбрейта, это является следствием господства в современной экономической системе крупных производителей, которые формируют спрос посредством рекламы и других форм общественного давления. В этом заключается их экономический интерес, поскольку именно высокие темпы потребления обеспечивают высокие темпы продаж и, как следствие, высокие темпы экономического роста компаний и их прибылей. В результате происходит рост индивидуальных потребностей, а потребности общественные приходят в упадок. [9]
Гэлбрейт подчеркивает, что именно ею создается удобный идеал того, что экономический рост - наивысшая ценность для общества, что именно он обеспечивает рост благосостояния граждан. Да потому, что именно экономический рост обеспечивает рост должностных окладов и стабильность. Такой рост означает увеличение численности персонала, повышение ответственности и, следовательно, дополнительные возможности для продвижения и получения более высокого жалованья. Однако необходимым условием экономического роста является рост потребления. Веблен, ставя под сомнение постулат о суверенитете потребителя в условиях рыночной экономики. [10]
Гэлбрейт, участники программы Технология и общество, считают свои взгляды реминисценцией исторического материализма Маркса. Подобную оценку разделяют и некоторые буржуазные теоретики, несогласные с абсолютизацией роли науки и техники именно потому, что усматривают в ней посмертную победу идей Карла Маркса. При этом они утверждают, что якобы марксизм установил определяющую роль науки и техники в общественной жизни, уточняя, что основоположник марксизма не осознал в должной степени смысл сделанного им открытия, перечеркивающего сформулированные им же самим социально-политические представления. [11]
Гэлбрейт, может быть, максимальное американское приближение к этому русскому типу. [12]
Гэлбрейт - человек, который знает толк в юморе. Не уверен, помнит ли он такой эпизод. Лет пятнадцать тому назад, будучи очередной раз в Москве, он читал лекцию в Институте США и Канады. Встал один мой немолодой коллега ( немного старше лектора) и на очень плохом английском языке спросил: Профессор Гэлбрейт, к какому направлению буржуазной политэкономии Вы себя сами относите. [13]
Гэлбрейт отказывается от прямых нападок на марксизм, формально признает некоторые его положения. [14]
Гэлбрейт приводит пример из практики эксплуатации иностранных рабочих в Калифорнии. Фермеры побуждают у филиппинцев, вообще говоря, не очень притязательных в одежде, стремление превзойти других наиболее экстравагантной экипировкой. Такой мотив быстро превращает веселых и беспечных филиппинцев в стабильную рабочую силу: мощное давление долгов, в которые приходилось влезать из-за искусственно раздутого тщеславия, делало свое дело. В промышленно развитых капиталистических странах в отношении собственной ( по национальной принадлежности) рабочей силы подобные приемы не всегда проходят. Для формирования нужных фирме мотивов труда специальными средствами создается соответствующее общественное мнение. [15]