Cтраница 3
В нем отразились впечатления дипломата от посольства в Византию в 949 г. Пространное описание Лиудпрандом по припоминаниям греков-очевидцев недавнего нападения русского флота на столицу Византийской империи представляет собой интересную параллель к рассказам об этом событии в древнерусских и византийских источниках и позднее ( хотя и в сокращении) неоднократно заимствовалось другими западноевропейскими авторами - например, французским хронистом начала XI в. [31]
Вторая группа исследователей считает фрагмент о росах позднейшей интерполяцией, относя его данные к событиям 860 г. или даже 941 г. ( последователи А. Невозможность датировать описанное в житии нашествие временем до 842 г., по их мнению, объясняется дружественным характером русско-византийских отношений ок. Молчание византийских источников о русско-византийском конфликте до 842 г. также не может служить аргументом. [32]
Однако, наряду с традиционным, окрашенным оттенками литературных античных реминисценций уровнем, в византийских памятниках отражен и другой вид воззрений: Русь оказывается важнейшим звеном христианского мира. Христианнейшим назван народ, борющийся с половецкими ордами; Русь и связанные с ней народы - оплот православия перед лицом латинского запада. Оппозиция варвары - не варвары обретает на этом уровне конфессиональный характер: варвары - христиане. Хронологически в византийских источниках укрепление отмечаемого представления о Руси наблюдается с конца XII - начала XIII в. [33]
О других дипломатических переговорах летопись не говорит ничего. Немного проясняет и последующий рассказ. Здесь летопись о многом умалчивает. Мало добавляют и византийские источники. [34]
По именем Киава / Киама ( возможно, Киова) у Никиты Хониата и Кин-нама имеется в виду, несомненно, Киев. Наибольшее количество свидетельств византийских источников относится к Галицкой Руси - самой близкой к Византии территориально и потому занимавшей в международных связях империи видное место. Византийские авторы знают границы Галицкой земли: непосредственно соприкасаясь на западе с Венгерским королевством, на юге она доходила до отрогов Карпат. Галицкое княжество рассматривалось как одна из топархий ( волостей) Руси, но вместе с тем, улавливается отношение византийцев к нему как к некоей самостоятельной территориальной и политической единице: во всяком случае, галицкий князь противопоставляется властителю Киева - центра всей Руси. [35]
Византинисты и филологи-классики школы Б.Г. Нибура с 1829 по 1897 г. выпускают 50-томный Боннский корпус писателей византийской истории ( CSHB Bonn) - серия, которой ученые пользуются и поныне. В Италии выходят в свет тексты из рукописных коллекций Ватикана ( Script, vet. Во Франции также появляются серии публикаций византийских источников К.В. Газе ( Leo Diac. [36]
Относительно времени поездки Ольги в Царьград и ее тамошнем личном крещении в науке существуют разные точки зрения. Летописная дата поездки отвергается - не 957 год, а 954 - 955 годы. Говорится и о двух возможных поездках княгини. Одни известия говорят, что Ольга была крещена в Киеве, в канун своей второй поездки, другие - что крещение состоялось в Константинополе, как это написано в летописи. Все эти гипотезы аргументированы. Однако византийские источники, подробно рассказывающие о посольстве княгини, прежде всего сам Константин Багрянородный, вовсе не упоминают о ее крещении в Царьграде. Яхья Антиохийский ( византийский хронист, современник, далекий от столицы) знает, что Ольга обращалась к императору с просьбой прислать священников на Русь. [37]