Cтраница 3
Риск предполагает известный набор исходов, для которого существует известное распределение объективных вероятностей. Двумя типичными ситуациями исчислимого риска являются: 1) ситуации, в которых известна априорная вероятность, например, азартные игры, в которых вероятность выпадания одной из граней игральной кости заведомо равна / fi, и 2) ситуации, в которых известна статистическая вероятность, например, вероятность человека дожить до определенного возраста, которая рассчитывается компаниями по страхованию жизни. Другое дело - ситуация подлинной неопределенности, в которой ни вероятнос-i и, ни даже полный набор возможных исходов неизвестны, так как отсутствует прецедент. Эта неопределенность, присущая всякому капиталистическому предприятию4, согласно Найту, не может быть ни застрахована, ни капитализирована, ни оплачена в форме заработной платы. Как и Кантильон, Найт настаивает на том, что предприниматель знает заранее цену, по которой будет продан его продукт, но в то время обязан заранее расплатиться с собственниками факторов юизводства по законам предельной производительности, заплатить i контрактные доходы. Равновесная величина этих доходов задаем предпринимателю конкуренцией на соответствующих факторах рынках. Если реальная вы - 1ка окажется больше выплат, предприниматель получит прибыль, и меньше - потерпит убыток. [31]
Среди них - условия, при которых день - t ги могли активно влиять на реальные экономические процессы. Соб ственно уже у Юма проскальзывала мысль, что количественная те - ория не применима к тому короткому периоду времени, который следует непосредственно за поступлением денег в обращение, т.е. к периоду приспособления к новому объему денежной массы. Именно ему принадлежит анализ эф; фекта впрыскивания дополнительной денежной массы вобраще ние, или эффекта Кантильона. Предположив некую страну, которая сама добывает денежный металл, Кантильон проанализировал как новая лартия этого металла может влиять на хозяйственные процессы. Сначала, полагал Кантильон, создается дополнительный спрос и стимулируется производство в смежных секторах экономики, затем возникает цепная реакция проникновения этого первичного импульса в остальные сектора экономики, и только после то го, как первичный краткосрочный импульс иссякнет, возникает долгосрочный эффект от дополнительной денежной массы - ростурон-ня цен. [32]
Смит чувствует, что из закона, определяющего обмен товаров, трудно вывести обмен между капиталом и трудом, имеющий, очевидно, своей основой совершенно противоположные этому закону и противоречащие ему принципы. И противоречие это оставалось необъяснимым, пока капитал противопоставлялся прямо труду, а не рабочей силе. Смит хорошо впал, что рабочее время, затрачиваемое на воспроизводство содержание рабочей силы, весьма отличается от того труда, который может выполнить она сама. По этому вопросу он даже ссылается на сочинение Кантильона Essai sur la nature du commerce. Этот автор - пишет Смит о Каптпльоне - добавляет, что труд сильного раба признается имеющим вдвое большую стоимость, чем расход на его содержание, а труд самого слабого рабочего, как он полагает, не может стоить меньше, чем труд силь-кого раба ( книга I, глава 8, стр. [33]
Женатым не разрешается быть членами коллегии. Это обстоятельство выгодно отличает Мальтуса от других протестантских попов, которые, стряхнув с самих себя католическую заповедь безбрачия священников, усвоили заповедь плодитеся и мноиштеся как свою специфически-библейскую миссию в такой мере, что повсюду поистине в неприличной степени содействуют увеличению населения и в то же время проповедуют рабочим принцип народонаселения. Характерно, что экономическая пародия грехопадения, адамово яблоко, urgent appetite [ непреоборимое желание ], the checks which tend to blunt the shafts of Cupid [ препятствия, которые предназначены притупить стрелы Купидона ], как весело говорит поп Таунсенд, - этот щекотливый пункт был монополизирован и теперь монополизируется господами представителями протестантской теологии или, вернее, церкви. Первоначально политической экономией занимались философы, как Гоббс, Локк, Юм, коммерческие и государственные люди, как Томас Мор, Темпл, Сюлли, де Витт, Норе, Ло, Вандерлинт, Кантильон, Франклин, теоретической стороной ее особенно занимались, и притом с величайшим успехом, медики, как Петти, Барбоя, Мандевиль, Кенэ. Еще в середине XVIII столетия его преподобие г-н Таккер, видный для своего времени экономист, извиняется в том, что он занялся маммоной. Позже, а именно с появлением закона народонаселения, наступило время протестантских попов. Как бы предчувствуя появление этих знахарей, Петти, считающий население основой богатства и, подобно Адаму Смиту, непримиримый враг попов, говорит: Религия больше всего процветает там, где священники больше всего умерщвляют свою плоть, также как и право - там, где адвокаты умирают от голода. Англии и Уэльсе имеется всего 12 000 приходов, то было бы неразумно произвести 24 000 попов ( it will not be safe to breed 24 000 ministers), ибо 12 000 непристроенных постоянно будут искать средств к существованию, и есть ли более легкий способ найти эти средства, чем пойти в народ и втолковать ему, что эти 12 000 имеющих приходы губят души, доводят эти души до голода и указывают им ложный путь, который не приведет их на небеса. [34]
Большой шум, вызванный этим памфлетом, объясняется исключительно партийными интересами. Французская революция нашла в Британском королевстве страстных защитников: закон народонаселения, медленно вырисовывавшийся в XVIII веке, потом с помпой возвещенный среди великого социального кризиса как несравненное противоядие против теории Кондорсе и других, был с ликованием встречен английской олигархией, которая увидела в нем великого искоренителя всех стремлений к дальнейшему человеческому развитию. Мальтус, до крайности изумленный своим успехом, принялся тогда за то, чтобы заполнить старую схему поверхностно компилированным материалом и присоединить к нему новый, который был, однако, не открыт, а просто присвоен Мальтусом. Женатым не разрешается быть членами коллегии. Характерно, что экономическая пародия грехопадения, адамово яблоко, urgent appetite [ непреоборимое желание ], the checks which tend to blunt the shafts of Cupid [ препятствия, которые предназначены притупить стрелы Купидона ], как весело говорит поп Таунсенд, - этот щекотливый пункт был монополизирован и теперь монополизируется господами представителями протестантской теологии или, вернее, церкви. Первоначально политической экономией занимались философы, как Гобое, Локк, Юм, коммерческие и государственные люди, как Томас Мор, Темпл, Сюлли, де Витт, Норе, Ло, Вандерлинт, Кантильон, Франклин, теоретической стороной ее особенно занимались, и притом с величайшим успехом, медики, как Петти, Барбон, Мандевиль, Кенэ. Еще в середине XVIII столетия его преподобие г-н Танкер, видный для своего времени экономист, извиняется в том, что он занялся маммоной. Позже, а именно с появлением закона народонаселения, наступило время протестантских попов. [35]
Большой шум, вызванный этим памфлетом, объясняется исключительно партийными интересами. Французская революция нашла в Британском королевстве страстных защитников: закон народонаселения, медленно вырисовывавшийся в XVIII веке, потом с помпой возвещенный среди великого социального кризиса кап несравненное противоядие против теории Кондорсе и других, был с ликованием встречен английской олигархией, которая увидела в нем великого искоренителя всех стремлений к дальнейшему человеческому развитию. Мальтус, до крайности изумленный своим успехом, принялся тогда за то, чтобы заполнить старую схему поверхностно компилированным материалом и присоединить к нему новый, который был, однако, не открыт, а просто присвоен Мальтусом. Женатым не разрешается быть членами коллегии. Это обстоятельство выгодно отличает Мальтуса от других протестантских попов, которые, стряхнув с самих себя католическую заповедь безбрачия священников, усвоили заповедь пло-дитеся и множптеся как свою специфически-библейскую миссию в такой мере, что повсюду поистине в неприличной степени содействуют увеличению населения и в то же время проповедуют рабочим принцип народонаселения. Характерно, что экономическая пародия грехопадения, адамово яблоко, urgent appetite [ непреоборимое желание ], the checks which tend to blunt the shafts of Cupid [ препятствия, которые предназначены притупить стрелы Купидона ], как весело говорит поп Таупсенд, - этот щекотливый пункт был монополизирован и теперь монополизируется господами представителями протестантской теологии или, вернее, церкви. Первоначально политической экономией занимались фило-софы, как Гоббс, Локк, Юм, коммерческие и государственные люди, как Томас Мор, Темпл, Сюлли, де Внтт, Норе, Ло, Вандерлинт, Кантильон, Франклин, теоретической стороной ее особенно занимались, и притом с величайшим успехом, медики, как Петти, Барбон, Мандевиль, Кенэ. Еще в середине XVIII столетия его преподобие г-н Таккер, иидный для своего времени экономист, извиняется в том, что он занялся маммоной. Позже, а именно с появлением закона народонаселения, наступило время протестантских попов. [36]