Cтраница 2
Фейербах серьезно исследует только одну религию - христианство, эту основанную на монотеизме мировую религию Запада. Он показывает, что христианский бог есть лишь фантастическое отражение человека. Но этот бог, в свою очередь, является продуктом длительного процесса абстрагирования, концентрированной квинтэссенцией множества прежних племенных и национальных богов. Соответственно этому и человек, отражением которого является этот бог, представляет собой не действительного человека, а подобную же квинтэссенцию множества действительных людей; это - абстрактный человек, то есть опять-таки только мысленный образ. И тот же самый Фейербах, который на каждой странице проповедует чувственность и погружение в конкретный, действительный мир, становится крайне абстрактным, как только ему приходится говорить не только о половых, а о каких-либо других отношениях между людьми. [16]
Фейербах серьезно исследует только одну религию - христианство, эту основанную на монотеизме мировую религию Запада. Он показывает, что христианский бог есть лишь фантастическое отражение человека. Но этот бог, в свою очередь, является продуктом длительного процесса абстрагирования, концентрированной квинтэссенцией множества прежних племенных и национальных богов. [17]
Разница лишь в том, что, отняв у народов его Богов, монотеизм берет власть над народами через души людей, а коммунисты, отняв частную собственность, берут власть через людской желудок. [18]
Оставленный им след отразился в идеях, жестко отвергающих многобожие и идолопоклонство, утверждающих последовательный монотеизм. Малые пророки особо взывают к нравственному совершенствованию, угрожая грядущими муками и несчастьями в случае неисполнения воли Бога. В этот период иудаизм стал наполняться этическим содержанием: следование нравственным установлениям или их нарушение рассматривались как угодное или неугодное Яхве. Именно в пророческой литературе оформились эсхатологические и мессианские представления иудаизма. [19]
Задачи, которые открываются перед такой мировой оппозицией, могут быть решены лишь на платформе политической редакции монотеизма. [20]
Одну из причин и движущих сил секуляризации он усматривает в самой религии, точнее - в иудеохристианской традиции, которая утвердила монотеизм. В Ветхом завете один бог остается священным, а мир представляет собой бытие, в котором не обитает дух. Природа дана человеку во владение, чтобы он пользовался ею, ее ресурсами. [21]
Во второй половине XIX века в недрах индуизма возникло реформистское движение Арья самафи, которое стремится истолковать вероучение индуизма в духе монотеизма ( единобожия), избавиться от идолопоклонства, кастовой системы, неравноправия женщин и мужчин, наиболее одиозных установлений традиционного индуизма. Это движение прошло определенную эволюцию и в настоящее время представлено несколькими религиозными объединениями. [22]
Монотеизм должен был доказывать противоположность бога и мира. Творение мира из ничего, к-рое было осн. [23]
Дальнейшее развитие классового общества, образование монархических гссу-дарств с неограниченной влазть о царей и императоров сопровождаются установлением культа единого всемогущего бога - возникают монотеистические религии. Однако монотеизм продолжает сохранять заметные следы влияния политеизма. [24]
На дальнейшей ступени развития вся совокупность природных и общественных атрибутов множества богов переносится на одного всемогущего бога, который, в свою очередь, является лишь отражением абстрактного человека. Так возник монотеизм, который исторически был последним продуктом греческой вульгарной философии более поздней эпохи и нашел свое уже готовое воплощение в иудейском, исключительно национальном боге Ягве. Но мы уже неоднократно видели, что в современном буржуазном обществе над людьми господствуют, как какая-то чуждая сила, ими же самими созданные экономические отношения, ими же самими произведенные средства производства. Фактическая основа религиозного отражения действительности продолжает, следовательно, существовать, а вместе с этой основой продолжает существовать и ее отражение в религии. И хотя буржуазная политическая экономия и дает некоторое понимание причинной связи этого господства чуждых сил, но дело от этого ничуть не меняется. Буржуазная политическая экономия не в состоянии ни предотвратить кризисы вообще, ни уберечь отдельного капиталиста от убытков, от безнадежных долгов и банкротства, ни избавить отдельного рабочего от безработицы и нищеты. [25]
На дальнейшей ступени развития вся совокупность природных и общественных атрибутов множества богов переносится на одною всемогущего бога, который, в свою очередь, является лишь отражением абстрактного человека. Так возник монотеизм, который исторически был последним продуктом греческой вульгарной философии более поздней эпохи и нашел свое уже готовое воплощение в иудейском, исключительно национальном боге Ягве. Но мы уже неоднократно видели, что в современном буржуазном обществе над людьми господствуют, как какая-то чуждая сила, ими же самими созданные экономические отношения, ими же самими произведенные средства производства. Фактическая основа религиозного отражения действительности продолжает, следовательно, существовать, а вместе с этой основой продолжает существовать и ее отражение в религии. И хотя буржуазная политическая экономия и дает некоторое понимание причинной связи этого господства чуждых сил, но дело от этого ничуть не меняется. Буржуазная политическая экономия не в состоянии ни предотвратить кризисы вообще, ни уберечь отдельного капиталиста от убытков, от безнадежных долгов и банкротства, ни избавить отдельного рабочего от безработицы и нищеты. [26]
Согласно этой теории, монотеизм в форме веры в бога-творца и всеобщего отца будто бы изначален и свойствен всем народам с первых шагов их нстор. [27]
Начало реформаторскому движению положила деятельность Раммохан Рая, основавшего ( 1828) об-во Брахмо самадж. Это общество, противопоставлявшее чистый монотеизм Упанишад политеизму со всеми его атрибутами, выступало против кастовых традиций, детских браков п наиболее мистич. [28]
Под иным углом зрения можно сказать, что кочевники противостоят истории в ее натуральном стихийном виде. Напомним, что великие пророки монотеизма были тесно связаны с кочевой моделью существования. Авраам, став избранником Бога, рвет с оседлым обществом и уходит, чтобы стать патриархом кочевья. Моисей, приступив к выполнению своей миссии, уводит своих сторонников в пустыню кочевать сорок лет. [29]
Эволюция религии от политеизма к монотеизму определяется в конечном счете экономич. Раболепна, конечно, всякая религия - писал он. [30]