Cтраница 2
Индивидуализм непосредственно связан с независимостью и свободой личности. Независимость и внутренняя свобода американца проявляются в искреннем уважении прав человека, свободы слова и информации, независимости СМИ. [16]
Но как обстоит дело с внутренней свободой. [17]
Об этом свидетельствует и та нагрузка, которую несет вдохновение, талант и гениальность в создании произведений культуры, огромно значение интуиции, озарения, игрового начала в искусстве или даже науке. Все это свидетельства раскованности и той внутренней свободы, которая является столь важной предпосылкой высокой культуры. Но и на каждом уровне человек находит в культуре нечто большее, чем то, что необходимо включить в производственную деятельность в самом широком смысле. [18]
Одной из предпосылок творчества является осознание личностью полной внутренней свободы. [19]
Модель Франка была развита и усовершенствована Немети и Шерагой [9] и в настоящее время является, по-видимому, наиболее разработанной, хотя и не лишенной недостатков, теорией структуры воды. Согласно Немети и Шераге, молекулы воды отличаются энергией и внутренней свободой и разделяются на 5 классов. Молекулы воды, имеющие 4 координационные связи, относятся к классу с нулевым энергетическим уровнем. Энергии свободных молекул воды соответствуют наивысшему энергетическому уровню. Между этими уровнями распределяются уровни промежуточных состояний. [20]
Именно с новыми потребностями прямой диктатуры в первую очередь ( а не с развитием производительных сил) связано формирование постиндустриального информационного общества и сопутствующей ему так называемой интеллектуальной экономики. Информационное общество есть та последняя стадия тирании, при которой субъект господствования посягает на внутреннюю свободу зависимых и угнетенных низов, не довольствуясь только внешней эксплуатацией. На этом этапе в сферу отчуждения попадает уже наиболее внутренний интимный ресурс человеческого существа - его сугубо персональная экзистенция. В информационном обществе впервые в человеческой истории исчезает жесткое разграничение между внутренним пространством человеческого индивидуума и внешним миром, представленным для современного человека в виде информационного потока. Отношение между личностью и средой превращается из классической замкнутой ленты, где внутренняя сторона является границей обороны я против давления внешнего мира, в ленту Мебиуса, в которой не существует ни внешнего, ни внутреннего. Человек становится терминалом в информационном потоке, который при ближайшем рассмотрении есть поток управляемого количества. [21]
Важнейшей задачей воспитания должна была стать подготовка личности жить в условиях внешней свободы, владеть своей внутренней свободой, направлять свои мысли, чувства, волю на творчество, созидание, готовность к сотрудничеству с другими людьми, уважение их прав. [22]
Управление организацией сегодня представляет собой сумму знаний, необходимых не только руководителю или специалисту из числа управленческого персонала, но и любому сотруднику, стремящемуся добиться успеха в своей профессиональной деятельности. В современной деловой практике соседствуют две основные системы управления: корпоративная ( формализованная), построенная по жесткому алгоритму иерархического подчинения, и индивидуалистская ( неформальная), поощряющая творчество и внутреннюю свободу. Несомненно, что свободу в организационном взаимодействии необходимо рассматривать только как осознанную необходимость, а формальная структура ( но не система управления) должна обеспечивать сбалансированное сочетание принципов коллегиальности и единоначалия в управлении, а также не должна допускать внутриорганизационного хаоса. [23]
Главной задачей школы является воспитание гражданственности. Гансберг, требует людей, которые имели бы ясное представление о задачах государства и экономических законах, людей, подготовленных для свободы внешней благодаря тому, что они выработали в себе внутреннюю свободу. [24]
Христианство исключает-де возможность всякого нового упадка, но полиция должна следить за тем, чтобы философствующие газетчики не привели к такому упадку, - должна следить за этим со всей строгостью. В процессе борьбы с истиной заблуждение само себя разоблачает, и пет поэтому надобности: в применении внешней силы для его подавления; но государство должно облегчить истине эту борьбу, лишая поборников заблуждения если не внутренней свободы, которой государство лишить их не может, то необходимого условия этой свободы, именно возможности существования. [25]
Но если эта связь между рождением и смертью между сохранением рода и гибелью особи есть закон природы, то, с другой стороны, сама природа в своем поступательном развитии все более и более ограничивает и ослабляет этот свой закон; необходимость для особи служить средством к поддержанию рода и умирать по исполнении этой службы остается, но действие этой необходимости обнаруживается все менее и менее прямо и исключительно по мере совершенствования органических форм, по мере возрастающей самостоятельности и сознательности индивидуальных существ. Таким образом, закон тождества Диониса и Гадеса - родовой жизни и индивидуальной смерти - или, что то же самое, закон противу-положности и противоборства между родом и особью, всего сильнее действует на низших ступенях органического мира, а с развитием высших форм все более и более ослабляется; а если так, то с появлением безусловно-высшей органической формы, облекающей индивидуальное существо самосознательное и самодеятельное, отделяющее себя от природы, относящееся к ней как к объекту, следовательно, способное к внутренней свободе от родовых требований - с появлением этого существа не должен ли наступить конец этой тирании рода над особью. Если природа в биологическом процессе стремится все более и более ограничивать закон смерти, то не должен ли человек в историческом процессе совершенно отменить этот закон. [26]
Сознание и бессознательное оперируют стереотипами, которые мешают создать новое знание. Большинство людей, идентифицируя себя как личность, учитывают сумму накопленных знаний и достижений, что усиливает консервативность мышления. Для преодоления негативного влияния этих факторов на творчество необходимы внутренняя свобода и терпимость к чужим мнениям. В их основе лежит осознание познающим субъектом собственной ценности независимо от приобретенных ранее знаний и достижений, а также умение фиксировать свою внутреннюю самооценку, по крайней мере, на время решения той или иной проблемы. [27]
Конечно, преодоление противоречий, не преодолеваемых на предыдущей ступени развития, имеет место и при регрессе. Но, будучи взятым в единстве с ростом дифференцированности и интегрирован-ности системы, с ростом многообразия ее содержания, оно ведет к увеличению мобильности, пластичности системы, к увеличению ее стабильности, степени свободы от воздействия внешних факторов, к росту автономности таких систем по отношению к внешним условиям. Одновременно усиливается взаимосвязь частей и подсистем, уменьшается степень их внутренней свободы. [28]
К тому же социальные состояния, от которых зависят педагогические цели, не ограничивают ими свое воздействие. Они затрагивают также концепцию методов, так как природа цели отчасти влияет и на природу средств. Допустим, общество ориентируется в направлении индивидуализма; тогда все воспитательные средства, которые могут иметь результатом насилие над индивидом, непризнание его внутренней свободы, покажутся нестерпимыми и будут отвергнуты. И наоборот, допустим, под давлением длительных или мимолетных обстоятельств оно почувствует необходимость навязывать всем более жесткий конформизм; тогда все, что может вызывать сверх меры интеллектуальную инициативу, будет запрещаться. Фактически всякий раз, когда система методов воспитания глубоко трансформировалась, это происходило под влиянием одного из тех великих социальных течений, воздействие которых ощущалось во всем пространстве коллективной жизни. [29]
Как часто мне приходилось слышать, что я плохой пруссак; упрек отот меня задевал... Если теперь прусская корона поведет наконец смелую и сильную политику, если его королевскому высочеству, нашему престолонаследнику, принцу Прусскому, удастся объединить Германию мечом, - ибо иначе это осуществить невозможно, - сделать ее великой и уважаемой перед лицом наших соседей, обеспечить ей действительно и надолго внутреннюю свободу, оживить снова торговую жизнь, распределить равномерно по всей Германии то военное бремя, которое теперь слишком тяжело ложится на плечи Пруссии, и, прежде всего, обеспечить куском хлеба бедняков моего народа, представителем которого я себя считаю, - если удастся все это сделать вашей партии - я буду с вами. [30]