Cтраница 1
Стольник, служащий царю в его покоях. [1]
Стольники, стряпчие, жильцы ( лучшие ич городовых дворян, по очереди жившие в Москве при дворе) - разряды дворян московского чина, прямые царские слуга при его дворе. [2]
Якутск стольнику и воеводе Ивану Приклонскому была послана от царя грамота, в которой сообщалось, что царю известно о нахождении в Якуцком уезде, вверх по Олекме реке, близ старого зимовья Онку-лоева серы горючей и селитры. [3]
Долго ли стольникам и дворянам быть в городах наших. Бутурлин отвечал: Стольникам и дворянам в ваших городах мешкать не для чего: как только людей к присяге приведут, и они из городов уедут. Выговский с полковниками пошел сказать об этом гетману и другим полковникам, после чего пришел к Бутурлину миргородский полковник Сахнович и сказал, что гетман и полковники положились во всем на государеву волю. Потом пришла к Бутурлину шляхта и говорила, чтоб шляхта была между коза-ками знатна и судилась бы по своим правам, маетностям быть за ними по-прежнему, причем подали роспись, где рос-писали себе воеводства и уряды. Бутурлин отвечал шляхте, что они это делают непристойным обычаем: еще ничего не видя, сами себе пописали воеводства и уряды, чего и в мысли взять не годилось; об этом он, боярин, скажет гетману. [4]
Казани с стольником Иваном Бах-метевым ратные люди посланы многие, и стоят на указанном месте, и то от него хана до ныне не исполнено, ратных его многих калмык на тех изменников башкирцев не послано, и ныне те башкирцы всякия пакости чинят, и до ныне даней не дают, и раззорением и каракалпаками хвалятся, и чтоб он хан на тех башкирцев послал воинских людей своих многих и велел их башкирцев разорять и побивать и в полон брать, за то, что они Царскому Величеству, общему нашему Великому Государю учинили многую измену, и Казани и многим уездам раззорения великое и больше 11000 людей побили и побрали, и многие же сто сел и деревень раззорили и пожгли, и тем бы он Акжа хан показал к Великому Государю верную свою службу. [5]
Переяславль Рязанский назначены были стольник и воевода князь Петр Александрович Репнин и князь Иван Федорович Чермный-Волконский; в передовой полк на Михайлове воевода князь Федор Федорович Волконский-Мерин, да Ульян Семенович Ляпунов. [6]
Богдану новые посланники: стольник Родион Стрешнев и дьяк Бредихин, объявить, что если поляки по посольству князя Репнина-Оболенского не исправятся, то государь примет Козаков. Репнин возвратился и объявил о неудаче своего посольства; тогда, 20 сентября, послали гонца догнать Стрешнева и Бредихина на дороге п отдать им новый наказ: объявить гетману прямо, что государь принимает его под свою высокую руку, а 1 октября созван был собор из всяких чинов люден, которым объявлено о неправдах литовского короля и присылках гетмана Богдана Хмельницкого с челобитьем о подданстве: Секретари королевские и воеводы порубежных городов пишут царский титул не по вечному докончанию, со многими переменами; а иные злодеи во многих листах писали с великим бесчестьем и укоризною. Отправляемы были к королю великие послы и посланники говорить о государевой чести и просить наказания ее оскорбителям; король Владислав обещал, что вперед этого ничего не будет, но обещание пе было исполнено. Мало того: появились в Польше книги, в которых про царя Михаила, отца его патриарха Филарета и про самого царя Алексея напечатаны злые бесчестья, укоризны и хулы, также про московских бояр и всяких чинов людей. [7]
По отписке с Ваги стольника Сомова в 1668 г. с головою Рожипым в Архангельск было отправлено 2046 бочек смолы, а в 1669 г. смола была отдана Колмогорским ( Холмогорским) целовальникам, так как в этом году ту смолу иноземцы но купили. [8]
Молодой Шаляпин впервые спел партию Стольника в опере С. [9]
Бояре: У царского величества стольника честного человека Ивана Волкова люди его убили и перебежали в королевскую сторону, об них писали, чтоб отдать, но не отдали; также и в государеву сторону перешли черкасы многие, но назад их не просили, и о том ни слова не бывало. Кисель: Черкасы люди вольные, где хотят, тут живут, а крестьяне пашенные невольники. Бояре: В вечном докон-чанье о перебежчиках не написано: так этого не надобно и начинать. Кисель: Что наперед было, того я не спрашиваю: а теперь бы сделать вновь и укрепить, чтоб перебежчиков не принимать, а если принимать, то это будет противно богу, противно братской любви и соединенью; теперь у Конецполь-ского, Вишневецкого и других перебежало в царскую сторону с 1000 человек, а у нас у троих тысяч с пятнадцать; хорошо ли будет, если мы своих мужиков станем у вас брать и побивать; если хотите наших крестьян к себе брать, значит не хотите нас с собою в дружбе видеть. [10]
Ростовскому, окольничему Федору Головину с стольниками, стряпчими, приказными людьми, жильцами и выборными людьми из городов. [11]
В начале 1646 года московские послы, стольник Телеп-нев и дьяк Кузовлев, живя в Кафе, узнали, что приехал в Кафу из Царя-града святогорского Спасского монастыря архимандрит Иоаким. Послы отправили немедленно переводчика повидаться с архимандритом и порасспросить его, что в Царе-граде делается. [12]
Мы видели, как мелкочиновный но тогдашнему человек, стольник князь Дмитрий Михайлович Пожарский, говорил о великочи-новном человеке, боярине князе Василии Васильевиче Голицыне: Если бы теперь такой столп, как князь Василий Васильевич, то за него бы вся земля держалась и я бы при нем за такое великое дело не принялся. Почему же князь Голицын мог казаться так высок знаменитому воеводе-освободителю. Сам Голицын объясняет нам дело: Нас из Думы не высылывали, мы всякую Думу ведали, - говорит он. [13]
Обухович и полковник Корф прислали просить о начатии переговоров; 10 сентября стольники Иван Богданович Милославский и Семен Юрьевич Милославский, да стрелецкий голова Артемон Сергеевич Матвеев на съезде с литовскими людьми договорились о сдаче Смоленска: Обуховнч и Корф получили позволение выехать в Литву, остальной шляхте и мещанам дано было на волю: или выехать в Литву, или присягнуть государю. Начальники еще хотели тянуть время, выжидать, но жители Смоленска не хотели ждать; они составили сеймики, на которых главный голос принадлежал пану Голимонту и двоим Соколинским: условились о сдаче, подговорили замковую пехоту, сорвали хоругвь с воеводского дома, отворили ворота и пошли к царю. Смоленска происходило обратное явление тому, какое видели здесь в 1634 году: литовские воеводы, выходя из Смоленска, били челом и клали знамена перед государем московским. [14]
Только 4 августа в Москве узнали об устюжских происшествиях и отправили для розыска стольника, князя Ивана Григорьевича Ромодановского, с 200 стрельцов; Ромоданов-ский приехал в Устюг 7 сентября. [15]