Cтраница 3
Согласно вышеотмеченному в О МЛ, при ориентациях на согласование М и Ф, всегда будет отмечаться диспропорция, проявляющаяся в повышенном интересе к априоризму либо к эмпиризму, соответственно, МЛ будет ориентироваться односторонне на Т - либо на практические вопросы. [31]
А понятие практики имеет настолько явный социокультурно-эмпирический подтекст, что его употребление в связи с высшими принципами мышления выглядит несколько сомнительным, особенно в свете утверждения априоризма этих высших принципов мышления. [32]
Во многих статьях сборника ( Философские аспекты современной физики и другие) читатель может найти острую критику догматизма, который тормозит познание нового, а также априоризма, согласно которому знание возникает до опыта, независимо от опыта. Читатель хорошо чувствует, сколь наболевшими являются эти проблемы для Борна. [33]
Правда, как это можно увидеть из историко-философского и историко-математического анализа, статус врожденных идей для оснований математики может быть значительно ослаблен и заменен самой слабой разновидностью априоризма, даже не математического или методологического, а психологического характера. Это значит, что для обоснования идеи о необходимости принятия математического априоризма вполне достаточно обосновать априорный характер психологической потребности сохранения мышления как необходимой и определяющей функции разума, без которого, разумеется, никакая рациональная деятельность невозможна. Декарту, познавательная деятельность в основном опирается на мышление, разум. [34]
Частная теория относительности подготовила создание общей теории относительности - эйнштейновской теории тяготения, которая еще теснее связала свойства пространства с существующей в нем материей и нанесла сокрушительный удар кантовскому априоризму в области геометрии. Хотя, вопреки мнению своего творца, общая теория относительности и не может рассматриваться как далеко идущее обобщение частной, нельзя все-таки отрицать известную преемственность и связь между ними, не говоря уже о том, что исторически именно попытка распространить принцип относительности на все системы отсчета ( а не одни только инерциальные) привела Эйнштейна к идеям его знаменитой теории тяготения. [35]
Иначе говоря, радикальные рационалисты отказываются вести диску сию с позитивистами к позитивистских терминах и тем самым выбииакн из рук своих оппонентов главный козырь, поскольку традиционная кри тика априоризма была в основном построена на простой апелляции к aim литико-синтетической дихотомии. Это делает радикальный раиионали t i в логическом плане вполне конкурентоспособным перед лицом любой эмпирически сориентирован ной доктрины, будь то логический позитивизм илифальсификационализм Поппера; тем более, что их сторонники пост о янно демонстрируют неспособность последовательно придерживаться cob ственных методологических установок. [36]
Несмотря на некоторое ( терминологическое и содержательное) отличие всех этих формул ( любопытно, что Михайловский называл их формулами, а не законами), их объединяет одно - априоризм, телеологизм ( на этической подкладке) и метафизичность. [37]
Теперь отметим существенное отличие излагаемого подхода от классического кантовского априоризма, согласно которому основания математики вообще никоим образом не могут связываться с опытом, даже если речь идет исключительно об аспекте их актуализации под влиянием этого опыта Однако, с учетом точки зрения современной философии науки, кантовский подход в понимании априоризма, каким бы привлекательным он не казался, представляется явно недостаточным, поскольку совершенно не согласуется с современными научными данными. В частности, на основе кантовского подхода невозможно объяснить феномен Маугли, согласно которому дети, воспитанные в дикой природе, не имеют никакого понятия не только о базовых основаниях математики, но и о многих других, гораздо более простых вещах, казалось бы, естественных для человека. Согласно же кантонским представлениям, для формирования базовых теоретических представлений математики никакой актуализации мышления в природной или социокультурной среде не требуется вообще, и никакой опыт конкретного субъекта познания не может каким-либо образом повлиять на возможность или невозможность формирования этих представлений. Кант считал, что априорные формы мышления присущи субъекту актуально, то есть изначально как некая искра божья, вследствие чего они могут рассматриваться отдельно от воспринимаемых ощущений, то есть от опыта восприятия внешнего мира ( Круглов А. Н. О происхождении априорных представлений у И. [38]
Махлупу, похоже, удалось убедить большинство своих коллег в том что непосредственная проверка предпосылок экономической теории п является необходимой и может ввести в заблуждение; окончательный вер дикт по поводу экономической теории должен выноситься в зависимости от их способности предсказывать явления, для объяснения которых они созданы 1, Пересмотрели свои позиции и лидеры соперничавших ране-концепций - ультраэмпиризма и априоризма. Хатчисон попытался дока зать, что термин ультраэмпирист к нему не применим, поскольку тепер. [39]
Причинность здесь отождествляется с однозначностью вывода. Априоризм причинности как врожденной способности к организации опыта сочетается у Канта с механицизмом: сохраняется представление о пассивном и активном теле и внешнем характере причинения. [40]
США, а затем и по Eupone начало кейнсианство, и хотя сам Кейнс предпочитал теоретический подход, его идеи поддавались качественной интерпретации и должны были подвергнуться эмпирической проверке, если кейнсианцы всерьез собирались участвовать в формировании государственной политики; наконец, появилась эконометрия, предоставившая инструмент для этого. Словом, априоризм был совсем не той методологией, в которой нуждалось новое, появившееся после Великой депрессии поколение честолюбивых экономистов, страстно желающих сделать свою науку такой же зрелой, как физика, проявить себя на общественном поприще и создать бесперебойно действующий механизм государственного регулирования. Неудивительно, что априоризм вызвал у них крайнее неудовлетворение. [41]
Гегель подверг учение Канта критике с позиций более последоват. Решительно отвергая субъективистский априоризм Канта и Фихте, Гегель поставил проблему В. [42]
При этом обоснование априоризма необходимо рассматривать как весомый аргумент против математического эмпиризма и натурализма, объясняющих происхождение оснований математики исключительно на основе опыта. [43]
Обновленная таким образом теория познания кажется призванной соединить в себе положительные достоинства двух соперничающих теорий без их явных недостатков. Она сохраняет все основания начала априоризма, но в то же время вдохновляется духом того позитивизма, которому пытался служить эмпиризм. Она не лишает разум его специфической способности, но одновременно объясняет ее, не выходя за пределы наблюдаемого мира. Она утверждает как нечто реальное двойственность нашей умственной жизни, но сводит ее к ее естественным причинам. В них как бы разюмирована каждая часть человеческой истории. [44]
В целом представляется, что актуализация любых форм мышления возможна только при условии существования некоторой прирожденной особенности мышления, которая позволяет при определенных условиях порождать соответствующие структуры мышления, в данном случае это базовые основания математики. Такова основная идея предлагаемой концепции математического априоризма, которая здесь в дальнейшем будет подробно изложена и обоснована, с опорой на классические концепции Им. [45]